Та самая Азбука Буратино — новая книга Татьяны Тостой и Оли Прохоровой

Ждали, ждали — и дождались! С чем вас сердечно поздравляю (то есть себя и всех остальных, зачисленных по собственному желанию раньше, позже и одновременно со мной в партию почитателей творчества Толстой Татьяны Никитичны)! Недавеча как первого сентября сего года свет и своих многочисленных читателей увидело новое Танино детище, созданное в тандеме с племянницей Ольгой Прохоровой. «Та самая Азбука Буратино» — книжица для детей от 4 до 6 годочков, но кто сказал, что возрастные ограничения остановят меня приобрести ее? Тем более что после углубленного изучения старославянского алфавита посредством «Кыси» подошло самое время повторить (а кому и выучить заново) буковки современно-родные, русские. А повторение — мать учения, а ученье — свет, а неученье — тьма. Это значит, что все круто! Живем, братцы! Теперь же представляю вашему вниманию все то, что получено, так сказать, из первых, вторых и третьих уст. Постараюсь не перевирать.

Хитрюга Алиса и ее горе-напарничек Базилио крепко вцепились своими лисье-кошачьими коготками в наш душевный уголок, отведенный под всякий ненужный, но такой милый сердцу хлам детства. Там же, на старом прабабушкином сундуке сидят и болтают ножками старая мудрая черепаха, которой уж бог знает сколько лет, деревянный мальчуган и его верные друзья: плаксивый Пьеро и кокетка Мальвина. И пудель — он тоже где-то там. И пусть тот чулан, который мы именуем уголком души, давно затянут паутиной. И пусть состарился сверчок. Всё пусть. Мы-то знаем, что они там, мы выпускаем их на прогулку и знакомимся с ними заново каждый раз, как только у нас появляются дети.

Полагаю, за эти годы Буратино ощутимо повзрослел. Он отпустил бы усы или, положим, бороду, но не судьба — Алексей Толстой придумал его мальчишкой, так что состариться ему не удастся. Об одном только жалеет деревянный пацаненок: зачем же он продал красочную азбуку? Как бы она сейчас пригодилась ему! Можно было бы разглядывать картинки и учить буквы — согласитесь, это неплохой вариант для нашего чуланного «узника». Внучка и правнучка Алексея Толстого объединились и решили облегчить участь дедовского героя. Так появилась «Та самая Азбука Буратино».«Было решено, что эта таинственная Азбука — это Книга судьбы, и маленький деревянный человечек, выпустив ее из рук, стал проживать свою полную приключений жизнь, а не узнавать о том, что его ждет, листая страницы. А в Книге было рассказано про все то, чему суждено было случиться». Татьяна ТолстаяКнига создавалась тридцать лет. Все началось с 80-х, когда Татьяна Толстая в разговоре со своей старшей сестрой Екатериной (по совместительству — матерью соавтора Ольги Прохоровой) стала сокрушаться, мол, писать не о чем, а уж больно охота. Екатерина поразмыслила и вспомнила одно из своих детских неисполненных желаний: когда-то ей так хотелось узнать, что именно было написано в азбуке, которую Буратино, придуманный ее дедом, продал мальчишке. Вот она и предложила Тане восстановить ее. Та, в свою очередь, за дело взялась, написала часть стихов… и работу забросила, удалившись в прозу. Были мысли создать набор открыток или музыкальный спектакль, дабы найти применение уже созданному. Но как-то не срослось. Книга выжидала своего часа, а если сказать точнее, она ждала, пока Оля Прохорова — тогда еще совершенный ребенок — подрастет и превратится из племянницы Татьяны Толстой в филолога, журналиста и психотерапевта, естественно, с сохранением первичного титула.

В 90-х Прохорова неожиданно для себя самой закончила книгу, написав стихи к оставленным Толстой буквам. Детская мечта мамы Екатерины исполнилась, но книга не очень-то спешила выйти в свет. Книги же — они, как люди, со своей жизнью и со своими нравами. Поэтому тетка и племянница не спеша, с чувством, толком и любовью обдумывали каждый шаг на книжном пути в издательство. Как сказала Прохорова: «Старались за себя и за того парня с длинным носом».

Итак, книга была готова. Точнее было готово то, что печатается буковками. Но детей, как известно, буковками-то не сильно заманишь. Картинки — вот что самое главное в детской книге. Поиски мастерского художника оказались не такими простыми и неожиданно подзатянулись. Толстая с Прохоровой обходили издательство за издательством: художники рисовали всякую чушь несусветную, а издатели лили крокодильи слезы и ныли, будто нет у них денег на такое количество иллюстраций. Что ж, бывает, но это вовсе не повод поселить в книгу медведей и собак с дебильными физиономиями. Вот еще одно ужасающее воспоминание Татьяны Толстой по этому поводу, без спросу, простите Таня, взятое из ЖЖ:

«…Наконец однажды, в 1998 году, мы вроде бы нашли деньги на издание. Какие-то люди, связанные с правительством Москвы, а может быть, и с Банком Москвы, — не помню и не понимаю, но обещания были заманчивыми — вступили с нами в переговоры. Важный дядя пришел к нам домой. Рассказал, как он все это видит, какой будет тираж и сколько он нам заплатит. Деньги нарисовались какие-то несусветные. Мы обрадовались.

— Но! — сказал дядечка. — Но вы должны все это издать в рамках нашего проекта.
— Какого проекта?
— А вот, — загорелся спонсор, — вы пишете, а мы издаем серию книжек в стихах. «Буратино и финансы», «Буратино на фондовой бирже», «Буратино и ипотечное кредитование»…
— Девочка с голубыми волосами и мясные фьючерсы? — спросила я нехорошим голосом.
— Да! — обрадовался дьявол. — Как полезно детишкам с младых ногтей разбираться в тонкостях бизнеса! А мы вам гарантируем миллионные тиражи и очччень солидный доход. Очччень.

Я поняла, что мы уже — в книжке. Что Карабас-Барабас как-то просочился в мой дом и сидит у меня на диване, покровительственно осматривая мою малоценную мебель.

— Я бы раму сменил, — поморщился он, кивнув на гравюру, висевшую на стене. — Надо эдак… побогаче. — Он показал двумя руками, как он видит это богатство. Мысленно он уже, наверно, выкидывал из моей квартиры весь хлам и заменял его золотом и лазуритом. А может, малахитом.

Как нарочно, на гравюре было изображено какое-то аллегорическое побоище — куча воинов облепила слона и тычет в него копьями, а тому хоть бы что — и называлось это «Истинная Ценность Непобедима».

Надо ли говорить, что мы попрощались с дядечкой.
— Ничего, вы подумаете и согласитесь. А куда вы денетесь, — сказал он на прощание».Они, конечно, делись. Прошло еще двенадцать лет, но «надежда — наш компас земной» — нашлась расчудеснейшая и талантливейшая художница Юлия Сомина, подоспело издательство с трепетным именем «Розовый жираф» — и ура! ура! ура! и еще сто тысяч ура! А ты купил «Ту самую Азбуку Буратино»?

Добавить комментарий